#НижнекамскиеМедикиОПобеде

В канун 75-летия Победы в Великой Отечественной войне мы начинаем новую рубрику – #НижнекамскиеМедикиОПобеде, в которой будем рассказывать о людях, которые прошли войну и потом связали свою жизнь с медициной. Таких в живых осталось лишь 53 человека. Они – труженики тыла. И они знают, что такое голод, потери, страх и горе. Сегодня мы расскажем об Антонине Ивановне Удиряковой, которая 53 года проработала в медицине, из них 27 лет – в нижнекамской стоматологической поликлинике.

Тося родилась в Нижней Кармалке Черемшанского района. В 1939 года девочка пошла в первый класс – все жили счастливо, весело и обеспечено. Когда началась война, Тосе было 10 лет. Как и почти все в СССР, о войне девочка и её семья узнали по радио.

«В деревне на столбе висел радиоприёмник, все новости с фронта нам сообщал Левитан. Конечно, все сразу в слёзы, это было огромным горем для всех» — вспоминает Антонина Ивановна. Вскоре мужчин в деревне почти не осталось – всех забрали на фронт. Первые год-полтора в деревне выживали благодаря запасам – в ларях сохранилось зерно, в погребах – картошка, а по осени собирали капусту. Но потом стало труднее. Дети собирали лебеду, свекольные листья, берёзовые серёжки, конский щавель, а матери варили из травы похлёбку.

Работать в поле было некому – остались дети, женщины и старики. Поэтому дети пололи траву на полях и переворачивали сенокосные рулоны, а зимой собирали золу и птичий помёт для удобрения полей. А женщины вместе с мальчишками обрабатывали почву и пахали на своих волах.

По воспоминаниям Антонины Ивановны, учиться было трудно — писали сажей на газетах, книг не было, а учителя сами были с образованием в 10 классов. Из всех развлечений – художественная самодеятельность. Но как бы тяжело не было, все старались учиться и жили дружно.
О Победе Тося узнала по радио. «Все плакали. Слёзы радости были у тех, кто знал, что ещё увидит своих родных. Слёзы горя были у тех, кто знал, что не увидит своих любимых и близких уже никогда», — вспоминает Антонина Ивановна.

В 1944 году у Тоси умерла мама. Спустя два года умер папа. В 13 лет девочка осталась круглой сиротой.

После войны, в 1946 году, Антонину отправили учиться в Бугульму в фельдшерско-акушерскую школу. Из 75 человек Тося одна получила диплом с отличием. После окончания в 1949 году девушку направили в должности фельдшера в Первомайский райздравотдел (ныне Первомайский район – Черемшанский), который направил Антонину работать заведующей Кутеминским ФАПом.

«В первый месяц у одной женщины начались роды, я пришла принимать их, а в доме уже повитуха. Родильница-то не знает меня, молодую девчонку, а бабку знает, и просит её по-мордовски: «Не уходи, я умру». Лежит эта женщина на полу, на половике, а повитуха грязными пальцами во влагалище лезет, потом в прямую кишку, потом опять во влагалище, а потом руки о половик обтирает. Я говорю: «Родильницу перекладывайте на кровать, чтобы никаких половиков не было» и начинаю мыть руки. А повитуха мне подсказывает: «Да не мой руки, всё равно замарашь!». А когда я проходила производственную практику по акушерству, врач дала задание подготовить таз для мытья рук акушерки. Ну я налила сулемы (это хлорид ртути, обладает сильным дезинфицирующим и антибактериальным действием – прим. автора) и рукой вымыла таз. Врач хотела мне поставить «двойку» — я своими руками занесла в таз инфекцию. Оказывается, надо было просто ополоснуть таз сулемой и слить её. Поэтому, собственно, и запомнила, как важна дезинфекция. Тут повитуха говорит, что при полном раскрытии головки всё ещё нет, зато показалась попа малыша. Страшно было, и сложно – я всё-таки не врач, а фельдшер, и хотя хорошо знала теорию, но ещё никогда не принимала роды, как оказалось, с ягодичным прилежанием. Я вывела одну ножку, вторую, в итоге ребёночек родился живым и здоровым, у мамы обошлось без разрывов».

В 1953 году Антонину перевели заведующей Нижне-Каменской участковой больницей, которая обслуживала 7 населённых пунктов. Тогда в районе свирепствовала трахома. «Вы теперь не знаете, что это такое, а ведь это страшная болезнь глаз, которая передавалась даже через полотенце – у больного появлялось бельмо, выворачивались веки, человек мог полностью ослепнуть», — рассказала А. Ивановна. Тогда девушка вылечила от трахомы 500 парней, которые смогли уйти в армию.

«В 1955 году меня избрали секретарём комсомола и в течение года я объехала весь район на лошадях и санях. Но моим призванием была медицина, я попросила освободить меня от занимаемой должности и снова стала старшей медсестрой в центральной районной больнице Черемшана. Там приходилось ассистировать при операциях и давать масочный эфирный наркоз – анестезиолога тогда не было, также накладывали гипсовые повязки и ушивали раны».

«Муж был лесничим. Его пригласили в Аксубаево главным лесничим. Естественно, я поехала за ним, работала фельдшером в районной больнице, оттуда – в Билярск. Там прожили пять лет, я работала старшей медсестрой участковой больницы. И в декабре 1975 года мы приехали в Нижнекамск. Здесь я пришла в стоматологическую поликлинику сначала медсестрой, потом стала старшей медсестрой, затем и старшей медсестрой ортопедического отделения. На пенсию ушла в 1986 году, но прекратила работать только когда исполнился 71 год — в 2002 году. До сих пор на улице узнают пациенты, которые видели меня лет 40 назад».

Антонина Ивановна работала по принципу «надо», не зная слов «не могу», «не буду» или «не хочу», стараясь помогать всем. На протяжении всей своей трудовой детальности она помогала младшим коллегам советом и добрым словом: «Но главное моё правило – к людям надо по-человечески. Нужно помогать людям, даже если нет никакой выгоды, даже если никто не скажет «спасибо». В этом, наверное, и есть призвание врача – делать свою работу не смотря ни на что».

Ответить